В родительскую субботу, когда люди поминают ушедших, мама с сыном садятся в старую машину и едут по осенним дорогам. Им предстоит за один день объехать пять кладбищ, где лежат их родные. Дорога длинная, бензин дорогой, а говорить друг с другом им всегда было непросто.

Сначала они молчат. Сын за рулём, мама рядом смотрит в окно на жёлтые поля. Потом она достаёт из сумки термос с чаем и бутерброды, как в детстве. Он берёт кружку, но не благодарит. Всё ещё обижается за что-то старое, за то, что она не приезжала, когда он лежал в больнице в армии, за то, что отец ушёл, а она не удержала.

На первом кладбище лежит бабушка. Мама долго стоит у могилы, поправляет искусственные цветы, шепчет что-то. Сын курит в сторонке. Ему кажется, что бабушка любила его больше, чем мать. Когда мама возвращается к машине, глаза у неё красные, но она улыбается сквозь силу и говорит, что бабушка всегда хвалила его рисунки.

Вторая остановка - дед по отцу. Могила заброшена, крест покосился. Сын сам берёт из багажника лопату и выравнивает землю. Мама стоит рядом и впервые за день говорит тихо: прости, что я не смогла сохранить семью. Он кивает, но внутри всё ещё кипит. Не так просто простить двадцать лет молчания.

На третьем кладбище они ищут могилу прадеда, которого ни один из них не видел живым. Находят с трудом, по старой фотографии. Мама кладёт конфеты, сын наливает в рюмку водку и выливает на землю. Здесь они впервые смеются: прадед, говорят, был весёлый, гнал самогон и пел песни до утра. Смех быстро затихает, потому что оба понимают: цепочка обрывается, дальше передавать некому.

К обеду они сильно устали. Останавливаются у сельского магазина, покупают хлеба, огурцов, копчёной колбасы. Едят прямо на капоте машины. Мама рассказывает, как в молодости ездила на это же кладбище с отцом, как он учил её чистить картошку и молчать, когда тяжело. Сын впервые спрашивает: а тебе самой тяжело было одной растить меня? Она долго смотрит на него и отвечает: да, очень. Но я думала, что так правильно.

Последние два кладбища они посещают уже почти без слов. Убирают листья, ставят лампадки, фотографируют могилы, чтобы потом показать детям, которых пока нет. На обратной дороге темнеет рано. В машине тепло, радио тихо играет старые песни. Сын выключает музыку и говорит: мам, давай в следующем году снова вместе. Она кивает и кладёт голову ему на плечо, как в детстве, когда он засыпал в машине после дачи.

Дома они разгружают пустые банки из-под лампадок и уставшие, но какие-то лёгкие, пьют чай на кухне. За окном ноябрь, холодно, но в доме пахнет дорогой, свечками и чем-то очень родным. Они не решили все проблемы за один день. Но впервые за много лет поняли, что могут ехать дальше вместе.